Рак молочной железы. Копейкина Лидия. Часть 1

Перейти к просмотру видео

Меня зовут Копейкина Лидия Николаевна. Мне 57 лет. У меня, как и у всех, онкологическое заболевание — рак молочной железы. Он был поставлен в июне 1996 года.

3-го марта я сама у себя обнаружила опухоль. Пришла сначала к гинекологу, чтобы получить направление к маммологу. Гинеколог меня посмотрела, нет, говорит, у вас ничего, но если вам хочется, сходите к маммологу.

И вот в июне я пришла к маммологу, она сразу взяла пункцию. И поставили диагноз — рак молочной железы. Дали направление на операцию. Мне сразу сказали, что и как будет проходить: химиотерапия, операция, облучение. Мне рассказали, если я не буду лечиться, что со мной будет, как заболевание будет распространяться. 21-го июля я должна была лечь в больницу на операцию. А 22-го июля сын уезжал в лагерь, поэтому я попросила: можно я 23-го лягу? Два дня тут не проблема. Да, говорят, хорошо.

В результате, двух дней, видно, мне хватило, чтобы вспомнить, что у меня дома была брошюра Джона Армстронга «Живая вода (урина)». Я почитала, воодушевилась этим делом, ну и, думаю, попробую.

Единственное — опухоль была с фасолину, но как только взяли пункцию, опухоль увеличилась раза в три. После этого я занялась уринотерапией. Меня стали разыскивать. Медсестра домой пришла, вот надо показаться, — а я тут компрессы делаю, обливаюсь, бегаю. Думаю — ну что ж я буду заставлять врачей страдать, я приду им покажусь. Пришла, разделась. Она посмотрела — у меня такое типа ожога красное пятно на груди. Что это такое? Я говорю — вот, прочитала, уринотерапия, компресс прикладываю. А в кабинете сидели еще двое врачей, не мои, одна как услышала, развернулась: да вы что, с ума сошли, да вы к нам приползете, будете просить, чтобы мы вас спасли, но будет поздно. И так на меня это подействовало… Я думаю, она, конечно, хотела меня этим просто напугать. Я говорю: ну тогда я, значит, не приползу. Меня заставили написать отказ от предложенного медицинского лечения. Я написала и ушла. На этом закончилось мое общение с врачами. Ну, потом я правда пару раз болела простудными заболеваниями. Меня пытались опять туда же — естественно, они должны меня отправить в онкологию. Я два раза писала отказную. И стала сама искать пути.

Прочитала, что хорошо помогает голодание. Я голодала шесть дней, но чувствую: в организме дискомфорт. А литературы никакой. Я пришла домой, дома муж. Дочь на практике, сын в лагере, родители на Украине. Я родилась на Украине в Желтых Водах, у нас там урановые шахты и очень много людей умирало от рака. Но мама всегда говорила, что у нас сердечные заболевания наследственные, а раковых у нас нет. И я не могла им позвонить и сказать: вот, получите. Поэтому так до сих пор никто и не знает, что со мной, почему. А мужу я сказала. Но он как-то так тоже не воспринял: я же живая, здоровая… Потом я ему сказала, что я не пойду на операцию. Я читаю, людям ведь помогает — и я верю. Видно, когда ищешь, о чем-то думаешь, тебе все время приходит что-то новое и новое. Я поняла, что неправильно голодала, надо было сначала чистить организм. Я чистила кишечник, печень, выходили камушки. Для меня было не проблемой, я сочетала работу, чистку, все остальное… Чистила кровь.

Дальше — Майя Гогулан. Я купила газету, воодушевилась, книжку нашла… Там она пишет: у Тани был рак молочной железы, она 12 дней голодала, у нее все рассосалось. Ну меня только на 11 дней хватило, может, поэтому у меня и не рассосалось (смеется). С этим делом не получилось, я стала искать дальше. Дальше мне на глаза попался керосин. Пила керосин. Обычный, я его очистила, организм нормально воспринял. Потом думаю: авиационный-то лучше. Раздобыла авиационный, но он не пошел.

Потом я прочитала про болиголов, первую порцию мне прислали, вторую уже сама делала. В это время познакомилась с женщиной — видно, что человек болен. А у нее была книжка Шевченко, водка с маслом. С болиголовом чувствую — не то. Позвонила ей, когда я к ней пришла — уже были последние дни ее жизни. Она не захотела пробовать, сказала, что у нее нет смысла жизни. Книжку она мне подарила со словами: я верю, что вы вылечитесь, у вас есть смысл жизни. А смысл жизни — это мои дети. Я не могла их оставить, сын настолько привязан ко мне и дочь, что я не могла представить, как они останутся без меня, поэтому я старалась все сделать для того, чтоб быть подольше с ними. Думаю: ну сколько смогу, пока их не подращу.

Я стала пить водку с маслом. Очень было тяжело… Я похудела килограмм на восемь. Настолько организм тяжело все это воспринимал. А потом привыкла. Я разбираюсь в водке, я разбираюсь в масле. Пять лет я пропила водку с маслом. Но эффект… чувствую, грудь моя распадается. Она сначала ужалась, потом появилась язвочка, потом все стало выходить… Ну она стала, так скажем, распадаться. Единственное, что я могу сказать: да, я не излечилась. Но я никому в своей семье не принесла хлопот. Меня никто не воспринимал больной. Знаю только я, как у меня внутри. Все воспринимали меня нормально, как здорового человека.

Дальше. Прочитала Елисееву, что рак — это результат паразитов в нашем организме. Единственный институт, который согласился меня принять. Там врач-онколог, сказал мне, что благодаря тому, что я всем этим занималась, я прожила на тот момент уже десять лет. Потому что, говорит, у нас у всех вырабатывается каждую секунду 10 раковых клеток, у вас 40–50, у онкобольных 200–300. Вы, говорит, не наш больной, у вас сглаз. Вам нужно искать бабушку. А где ж я бабушку найду. У нас одна сотрудница была — онкология оказалась у ее дочери. Дочери было 30 лет. Благодаря ей я нашла двух бабушек. Я искала дальше. Совершенно случайно, помню, знакомую встретила, она хотела заманить меня в фирму «Тяньши». Нет, это мне не нужно. Потом захожу в магазин, читаю книжку: Бикбаева, лекции, препараты «Тяньши» в онкологии. В результате я пила год эти препараты. Год — результата тоже нет.

Совершенно случайно моя подружка ехала в маршрутке и услышала разговор двух женщин — про то, что от рака легких человек излечился, пил препараты из бурых водорослей. Они стимулируют выработку стволовых клеток. Я нашла врача, он назначил курс — не помогло. Ну вернее — живу, но даже рана не затягивается. И после этого меня настойчиво приглашают на диагностику компьютерную. Думаю, ладно, схожу. Разговариваю с диагностом — и она мне посоветовала экстрасенса. Мы встретились с ней, хотя она сказала, что онкобольных не лечит, может только почистить ауру. Я к ней ходила год. У нас есть определенное общение, мы общаемся с определенным кругом людей со схожими мыслями и интересами. И чтобы что-то новое узнать, нам надо либо этим заинтересоваться, либо откуда-то узнать. Но поскольку мы все работаем, нам просто некогда это сделать, даже прочитать новую книжку. И тут я начинаю общаться с новым человеком — и мне поступает новая информация и просто новый взгляд на жизнь. Очень интересно, она меня поддерживала.

Все закончилось тем, что в этом году стала опухать рука правая. Как-то утром я на зарядке махнула как-то не так рукой, чувствую — начала мгновенно отекать рука. Я взяла три дня в счет отпуска, поскольку на больничный выйти не могла — меня бы сразу снова отправили к онкологам. Посмотрела в интернете — никто ничего хорошего насчет лимфостаза не говорит — и опять к экстрасенсу. Походила — вроде бы помогает, но полного излечения нет.

Я все время спрашивала бога: ну укажи мне путь. Что я еще могу найти. Думаю, поищу в интернете. Искала Шевченко, в результате попадаю на сайт, где стоит: «Арбузов. Рак победим!» Я быстренько прочитала, поняла, что это то, что я искала. Чего мне не хватало. Я искала причину, не могла понять, почему я столько борюсь, а все никак ничего не могу достичь. И поняла, что стресс вызвал прекращение работы той «программы», которая распознавала бы раковые клетки. Пообщалась с экстрасенсом, она сначала: что, да вы знаете, сколько сейчас шарлатанов, да вы что… А потом спрашивает: вы Арбузова представляете? Я говорю — на сайте видела фотографию. Вы, говорит, представляйте, а я спрошу у вселенной. Говорит: нет, Лидия Николаевна, это то что вам нужно. Этот дар, эти знания, даны ему свыше. Вы обязательно поезжайте, вы не излечитесь за два месяца, но вы освоите эту технику и сможете помочь себе в дальнейшем. Таким образом я оказалась здесь.

В результате моя рука уже практически нормальная, остальное я освою дома.

Вообще я пришла к выводу, что это труд. Четырнадцать лет каждодневного труда. Ты делаешь зарядку или что-то там пьешь — только не создавать себе трудностей, что тебе это так трудно и в ущерб. Это просто нормальная жизнь.

— А если бы экстрасенс сказала «нет»?

— Вы знаете, главное, чтобы я сама поверила и увидела рациональное зерно в этом.

— 14 лет самолечения?

— Да.

— Врачи-то считают, что это плохо?

— Да, тем не менее, я жива, а те, кого лечили врачи — мои знакомые — по три-четыре года прожили.

— Эффект какой у вас по сравнению с теми методами?

— Во-первых, сказать о каком-то эффекте довольно трудно. Но хотя бы — у меня изменился образ мыслей. Мы буквально вчера говорили о нашей памяти, что наша память записывает всё. Мы все ищем причину — почему у нас возникла болезнь? Стресс, обида… я тоже нашла причину. Я знаю, что надо простить — и я давно простила, но память-то моя осталась со мной. Она никуда не делась. Она все равно где-то там в подсознании. Оказывается, это можно стереть новой программой. И пока я нахожусь здесь — второй месяц — я поняла, что то, что меня беспокоило, оно ушло.

— Вы научились вызывать внутренние ощущения?

— Да. Сегодня утром я ощутила такой холод, что у меня грудь покрылась мурашками. Можно достичь, просто на все нужно время.